Литературные пописки

БИБЛИОТЕКА
версия для печати
«ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПОПИСКИ»

Аьтист Батурин

Начну с себя.

Давным- давно, еще в прошлом веке, работал я, по контракту, в чудесной стране Мексике. Работал я там долго, целых три года и всяких разных впечатлений и приключений там было великое множество. Я непременно напишу об этом, вспомню все самое смешное и курьезное, встречи и знакомства с нашими замечательными актерами, которые приезжали туда в то время, вспомню чемпионат мира по футболу 1986 года в Мехико, вспомню и очень страшное – землетрясение, которое нам довелось пережить там в 1984г.
Если, конечно Вы, дорогие читатели, меня об этом попросите.
Я не случайно вспомнил о землетрясении. Помимо той физической опасности, которое оно в себе таило, на людей, таинственным образом, оказывалось психологическое воздействие, от которого у них начинались мозговые изменения. Проявлялось это у всех по разному: кто то бросал пить, кто то наоборот, кто плакал, кто смеялся. Меня, почему-то потянуло к перу и не в силах побороть в себе это желание я, одним махом, написал юмористические!!! рассказы, хотя смешного было мало.
По странному стечению обстоятельств они сохранились и, несмотря на то, что землетрясений у нас пока не предвидится, меня вдруг потянуло их опубликовать. И так….

«Четыре творческих портрета»
{Печатается без сокращений и правок}

Рассказ первый
Поэт

Как правило он из деревни. Лучше если из сибирской, но воспитан хорошо.
Лицо тонкое - лучше нервное, фамилия звучная – лучше двойная. В быту не собран, но скромен. Одевается изящно (в отличии от прозаика), пьет изысканые вина (в отличии от прозаика), но чаще водку вместе с прозаиком. Не курит, юмора не понимает, за квартиру не платит. Прошел тяжелую жизненную школу от бурлака на Волге до автослесаря на сервисе, но стихи пишет. Любимец публики и женщин. Отвечает взаимностью- больше женщинам (если они не поэтэссы). В детстве не доедает, в старости переедает, в зрелом возрасте вообще много всяких излишеств, что только развивает его талант. Талант, как известно,- отклонение от нормы. Обычные люди талантливыми не бывают-они нормальные.
Если заглянуть в душу – муза на музе и музой погоняет.
А музы какие – Музищи!
Поэт всегда в поиске. Ищет рифмы и знакомых редакторов, которые его почему-то не знают. За любое удачное сравнение готов дать первому встречному копеек сорок.* Обычно дает меньше потому, что меньше просят.
Раньше просили до 11 часов и до 10 копеек, теперь просят до 2 часов и до 15 копеек. После двух сравнения бесплатны, но малолитературны**.
Говорит поэт высокопарно, образно, часто эпитетами. Как, например, заурядный человек опишет ночь? – Ну темно, ну луна, ну звезды, ну и что?
Поэт скажет так: - Лунь, чернота,
Звездья повывернуло дюже,
А за окном не видно ни черта
И кваканье лягушек слышно в луже.

Про день: - День, лепота,
Колоколов церковных звонкое гуденье,
И все равно не видно ни черта –
Залил глаза с утра для вдохновенья!

Эрудирован, много читает, в основном свои стихи и журнал «Сельская новь».
Для получения необходимого при его профессии высшего образования, готовится к поступлению в Ветеринарную академию. Печатается, главным образом, в журнале «Наука и жизнь» в разделе «Советы домашнему мастеру».
Всегда помнит заповедь – «Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан!»

*Цены указаны на период середины 80х годов прошлого столетия, без НДС, о котором тогда и понятия не имели.
** Для молодых людей, которые не жили в то удивительное время, хочу пояснить эту фразу; дело в том, что в 80м году, спиртные напитки в магазинах продавались не как теперь – круглосуточно, а с 11 часов утра, а начиная года с 82, в рамках борьбы с пьянством, водку начали продавать с 2х часов дня одновременно с удорожанием этого напитка.
Кстати о ценах! Одна монета 20 копеек – это вполне приличные деньги, на которые, к примеру, можно было 4 раза проехать на метро или купить плавленый сырок и полбуханки хлеба. А при цене, скажем портвейна, - 1р. 42коп. и водки 3р. 12коп. (после подорожания), становится ясно, почему российский алкоголик выпрашивал по несколько копеек у винных магазинов до их открытия.
(Прим. автора)


Рассказ второй
Художник

Личность из ряда вон выходящая. Если все остальные люди искусства художниками называются в переносном смысле, то он в прямом.
Это накладывает свой отпечаток. На славу он плюет. И на одежду плюет.
Обязательными являются только шелковый бант и борода. На авторитеты
Плюет тоже. В молодости плюет на своих профессоров, (как правило, бездари)
и на чужих тоже. В зрелые годы плюет на критиков (тоже бездари, но еще и тупицы). В общем плюет на все – откуда только слюна берется!
Не курит, не пьет, матом не ругается, в армии не служит, не женится, за квартиру не платит. В молодости содержит пожилую домработницу Агафью Тихоновну, в преклонном возрасте – молодую Агашу.
Работает редко, как правило, мало света. Живет на чердаке со стеклянной стеной. Всю жизнь готовит себя к созданию грандиозного произведения, в несколько квадратных километров под названием «Явление Х. Иванова на работу». А пока, пока рисует эскизы, этюды, детали. Часто рисует голову сталевара. Голова мужественная, но очень грязная. Это потому, что сталевара он никогда не видел и спутал его с шахтером. Впрочем, шахтера он тоже не видел. В Третьяковскую галерею не ходит, потому, что его картин там нет.
В Эрмитаж не ходит тоже, потому, что точно не знает где он находится.
Все свободное от Головы сталевара время он в поиске. Ищет цвет, свет, форму, краски, кисти, холсты, натурщиц и деньги. Последнее труднее всего.
С натурщицами тоже плохо. Дают только членам союза. К тому же они со стажем – можно сказать ветераны труда. А если и найдет, работать все равно не дают. Приходит дворник»: - «почему у Вас в квартире женщина, не совсем одета, средь бела дня?
Художник: - «Во первых, она совсем не одета, а во вторых, ночью я ничего не вижу».
Дворник: - «Извращенец, - ему еще и видеть надо! Вот я пойду за упрадомом».
Художник: - «Можешь пойти еще дальше, только работать не мешай».
Дворник: «Он это еще работой называет!»
Художник: «У меня разрешение есть» и робко протягивает дворнику бумагу со штампом поликлиники. Дворник, надев очки, с сомнением, по слогам прочитывает анализ мочи и недовольный уходит, пообещав, все таки, сходить
к управдому.
В общем, сложностей много, а удача одна, и та впереди – это явление Х Иванова. А пока….. Художественный редактор журнала «Мурзилка», куда наш герой принес наброски к рассказу, сказал ему, что он не Левитан.
- Да, не Левитан, и горжусь этим. Кончились их времена, у нас теперь своих Левинштейнов до чертовой матери!
Однако рисунки переделал и отнес в «Веселые картинки».
Там сказали, что за такое надо давать от 3х до 5ти с изоляцией.
Но он на все плевал и, ловко обходя дворника, - домой, к родной голове сталевара - прообразу будущего Х. Иванова.
Сложен путь истинного художника.
У неистинного – все проще. Там и слава и деньги и натурщицы со стажем.
Но он - истинный и потому, никогда не променяет своего Иванова на всю эту мишуру.


Рассказ третий

Скульптор

По своему значению – несколько ниже художника, но ростом выше и в плечах шире. Сказываются многолетние упражнения с материалом, главным образом с камнем. Лицо квадратное, борода лопатой, обязательно в алебастре.
Курит «Беломор» - это профессиональное. Не пьет, потому, что больше не может. Одевается по-разному, но всегда грязно – это тоже профессиональное.
По ночам работает грузчиком в порту. Если ходит в баню, то вместе с собакой.
Женится редко. Не чаще одного раза в год. В промежуток времени между женитьбами квартира не убирается. Из набора специнструментов любимый –кувалда, поэтому бывают частые конфликты с соседями. Живет на первом этаже, ввиду тяжести исходного материала – если провалится, то в подвал.
Воспитан хуже художника, хотя тоже из деревни. Любимое животное – лошадь, потому, что ждет, со дня на день, (вот уже пятнадцать лет) заказа на конную статую в десять натуральных величин.
Как и художник – все время ищет,(хотя камня кругом сколько угодно- ему нужен с жилкой). Работоспособность страшная. Работает без перерывов на обед, тем более, что обедать все равно нечем, только на минуту отходит от заготовки, чтобы посмотреть, что наваял. В поисках вужного материала может раздолбать много кубометров породы. Камнедробильный агрегат по сравнению с ним – детская игрушка.
При грубоватой внешности- обладает редкими душевными качествами.
Достаточно посмотреть с какой нежностью он выковыривает зубилом глаз из женской головы в три натуральных величины. В гости к нему лучше не заходить, в лучшем случае он Вас не заметит. В худшем – всякое возможно.
Не дай Бог, выковырял рот вместо глаза, или ухо отколол, а кувалда всегда под рукой. Одним словом скульптор – человек творческий и никогда не знаешь, что у нег на уме. Убежден, что слава приходит к людям, после того, как из них сделают памятник.


Рассказ четвертый

Композитор

Из всех видов искусств – музыка самый темный и непонятный, даже музыкальным критикам. Потому и критикуют, что не понимают.
В связи с этим композитор должен обладать следующими качествами:
Как правило, он из хорошей семьи. Внешность утонченная, под глазами мешки. Борода начинает расти сразу после того, как становится композитором.
Ложится спать поздно ночью, встает рано вечером. В быту скроме, но бывает всякое. Деньги на жизнь зарабатывает пением в церкви.
В гости к нему лучше не заходить, - может спеть свеженаписанный цикл из двадцати четырех романсов.
Если пьет, то водку если не пьет, то нет денег. Курит, юмор понимает (в основном свой). В теории сильнее, чем в практике. Больше любит критиковать, чем сочинять. Сочинять тоже любит, но не всегда может.
Муза композитора – капризная муза. Многие ее так и не видели. Сочиняет музыку, как правило, запоем. Иногда выходят даже шедевры.
Причем у художника они выходят из под кисти, у писателя из под пера, у скульптора из под резца, из под чего у композитора никто не знает.
Для того, чтобы стать композитором нужно обладать, если не талантом, то, по крайней мере, огромным интеллектом. Поэтому учится он долго и нудно:
Музыкальная школа – по двум классам сразу, музыкальное училище – по двум отделениям, консерватория и аспирантура – все по двум факультетам.
Поэтому писать музыку просто, он не может. Просто еще Моцарт с Бетховеным писали, а где они учились?
И вот, ныряет наш композитор в двадцатидевятиголосную фугу, в верхнем голосе, которой звучит «Марсельеза», а в басу, красной нитью через все произведение проходит «Чижик-Пыжик», плывет в мутной воде полифонии
(соблюдая все правила гармонии и голосоведения) и выныривает, страниц через 20, с дубль диезом в зубах. После такой работы неделю лежит, особенно если нет денег. С трепетом вспоминает студенческие годы. Как входил в священные стены консерватории, как здоровался со знаменитыми профессорами, как не ходил на лекции, не ходил на гармонию, на анализ музыкальных форм, да и на композицию не ходил, зато ходил на физкультуру
и гражданскую оборону*. – Эх, где они студенческие годы? Пошлют, бывало в фольклорную экспедицию, выберут они деревню поглуше и бабку постарше и поет она им весь день седую старину, а они за ней записывают. А чего записывать? У бабки весь фольклор на мотив одной, сто лет известной частушки. Слова тоже ходовые, особенно в деревне. А бабка, польщенная вниманием, суток трое их таким фольклором поит, что их потом собственная муза не узнает. Из экспедиции приезжает злой, но полный творческих идей и сразу за работу, пока свежо. Откроет рояль, – а там клавиш видимо не видимо, и черные и белые и рядами и кучками, да еще две педали под ногами. Хорошо две, а если три? Никакая муза не поможет! И вот сидит он над пустой партитурой. Сутки сидит, трое сидит и, вдруг полилась музыка, нечеловеческая. Она льется а он записывает, а она все льется и льется….
Откуда же она льется? … - «Мы передавали десятую симфонию Малера в исполнении Лондонского симфонического оркестра…» Ай да Малер, ай да сукин сын! Ну да ладно. Немного переделать и можно нести профессору.
Впрочем, ему и так можно нести. Хоть пятую симфонию Бетховена.
Мягкий такой старичок. Все любил повторять: - Эх молодой человек, в наше время никаких консерваторий не было… Ну, это он положим врет.
Московскую, еще Танеев организовал, не помню в каком году.
Но дело сделано! Симфония родилась в страшных муках, как все великое.
Хорошая она или плохая – не нам судить, (в этом даже критики ни уха ни рыла). Вот так и выходят, неизвестно из-под чего, шедевры композиции.
Вот почему легко бывает так на сердце от песни той унылой ямщика.

1985г. Мехико

*Хочу напомнить, что во всех Вузах страны, в те годы, такие предметы, как “гражданская оборона” и, особенно История КПСС и “Политэеономия” –считались главными.


Продолжение следует

Оставить комментарий и посмотреть, что другие сказали...
уже высказалось ( 0 )
К списку Назад